Международный дайджест за июль: разбор 18-го пакета санкций и солидарность антиисковых запретов

Новые ограничения Великобритании

Почти сразу после ЕС новые ограничения ввела Великобритания. Под санкции подпали две компании и 135 танкеров, которые якобы входят в теневой флот России. Дополнительно Великобритания снизила потолок цен на российскую нефть с $60 до $47,6 за баррель, так же, как и ЕС.

Санкционное регулирование

При этом пока остается возможность разблокировать активы, их стоимость будет тяжело взыскать в суде. Так, «СДМ-Банк» пытался взыскать с Deutsche Bank Trust Company Americas больше $15 млн, которые с 2023 года заморожены на счете иностранного банка (дело № А40-218392/24-47-2425 (https://kad.arbitr.ru/Card/5d89edec-b64d-4dfc-8c2a-08a63e526c35)). АСГМ (https://pravo.ru/arbitr_practice/courts/32/) разъяснил, что «СДМ-Банк» не потерял право собственности на сумму перевода, а лишь временно ограничен в праве на распоряжение им. У «СДМ-Банка» остается возможность обратиться в Управление по контролю над иностранными активами США (OFAC) и получить лицензию на выплату спорной суммы. Пока американский регулятор не отказал в этом, презюмируется, что деньги можно получить. В конце июля «СДМ-Банк» подал апелляцию на решение АСГМ.

Мнение эксперта

Роман Жирнов, полагает, что решение по делу № А40-218392/2024в целом выбивается из сложившейся в последние годы практики по взысканию денежных средств с иностранных финансовых учреждений, исполняющих антироссийские санкции.

«Во-первых, суд отказал во взыскании договорных убытков со ссылкой на два обстоятельства, которые расширяют предмет доказывания в „санкционных“ спорах:

1) не доказан факт утраты по причине неисчерпания зарубежных способов разблокировки активов (об этом см. ниже);

2) не доказано наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и возникновением убытков. Убытки (при их наличии) обусловлены не поведением ответчика, а введением и применением публично-правовых по своему характеру ограничительных мер по отношению к истцу органами власти иностранных государств, то есть объективным событием, внешним по отношению как к истцу, так и к ответчику — в данной ситуации была бы уместна ссылка на п. 1 ст. 15, ст. 1064 ГК и на постановление Конституционного Суда от 02.07.2020 № 32-П», — рассказал Роман.

Суд также ссылается на условия договора между истцом и ответчиком (Условия обслуживания счетов институциональных клиентов), исключающих ответственность ответчика за невыплату денежных средств. Отметим, что данные аргументы ранее неоднократно отвергались судами, само по себе следование личному или договорному статутам при исполнении санкций (даже при невозможности осуществить платёж в силу инфраструктурных ограничений) воспринимались как злоупотребление правом, как противоречие публичному порядку (ст. 1193 ГК, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда от 09.07.2019 № 24).

«Во-вторых, вопреки определению Верховного Суда по делу № А40-167352/2023, суд не привлёк к участию в деле Банк России как регулятор (ст. 51 АПК) для разрешения вопросов о проведении расчётов.

Отметим, что 24.07.2025 СДМ-Банк уже подал апелляционную жалобу — вполне вероятно, что окончательную точку в деле поставит суд кассационной инстанции», — подчеркнул юрист.

Роман также считает, что аргумент о недоказанности утраты денежных средств соответствует последней судебной практике (в частности, можно назвать дела №№ А40-18355/2024, А40-167352/2023, А40-179021/2022).

«Как следует из решения,истец должен был доказать исчерпание всех административных способов возврата заблокированных активов, при этом суд не стал руководствоваться презумпцией недоступности разблокировки для лица, прямо включённого в соответствующие санкционные списки. Как мы отмечали выше, применимое иностранное регулирование противоречит публичному порядку Российской Федерации, что делает требование об исчерпании иностранных правовых средств особенно неоднозначным», — отметил эксперт.

Право.ru