Юристы: борьба банкиров с терроризмом в корне изменит рынок финансовых услуг

Основная уязвимость — денежные переводы и сбор пожертвований

Как пишет «Коммерсантъ», в общих чертах круг операций, которые могут быть признаны потенциально сомнительными, в конце прошлой недели на ежегодной встрече с банкирами в подмосковном пансионате «Бор» описала замглавы Росфинмониторинга Галина Бобрышева. По ее словам, денежные переводы и сбор пожертвований — «основные уязвимости» с точки зрения борьбы с терроризмом.

Наиболее опасными в этом отношении в Росмониторинге считают анонимные переводы, в первую очередь через краудфандинг. Еще один способ — переводы через терминалы. Тем временем в Qiwi, обладающей большой сетью платежных терминалов, подтвердили, что по базам госорганов можно идентифицировать только резидентов. Но по многочисленным иностранцам, в том числе трудовым мигрантам из соседних стран, баз для проверки нет. Именно эта уязвимость может использоваться не напрямую с террористами, а на оплату услуг наркодилеров, а уже от наркобизнеса — к ним.

В 2015 году отечественные банки по указанию ЦБ сообщили о 100 000 случаев, указывающих на факт сомнительных финансовых операций своих клиентов на сумму 184 млрд руб. Отмечалось, что все они связаны с мошенничеством в экономике, продажей наркотиков, отмыванием сокрытых налогов.

Еще одна опасность — бесконтрольные переводы иностранцев

На этой неделе FATF (Международная группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег) проведет совещание с финразведками стран-участниц, включая Россию, где согласуют практические меры по пресечению каналов денежной подпитки террористов. Будут сформулированы признаки подозрительных операций, которым банки и другие организации обяжут уделять повышенное внимание и в случае реальной угрозы — тормозить их, говорит замглавы Росфинмониторинга Павел Ливадный

«Казалось бы, переводы даже на мелкие суммы подлежат идентификации по двум документам, данные о которых оператор по переводу денежных средств в режиме онлайн сверяет с базами данных ФМС, ФНС и т. д., таким образом, всегда можно найти отправителя сомнительного перевода, — отмечает источник, знакомый с ситуацией. — Однако в случае с переводами иностранцев, например жителей других стран СНГ и ближнего зарубежья, данных о документах которых в этих базах нет, идентификация не происходит, и, имея в виду, что отправитель может быть и добросовестным, система переводит средства без идентификации. Такая анонимность дает возможность безболезненно финансировать кого угодно и что угодно».

Возможные варианты решения проблемы

Перспектива дополнительной нагрузки банкиров не радует, но официально высказывать недовольство, учитывая серьезность вопроса, они не готовы. До сих пор масштабной прицельной борьбы с терроризмом банки не вели, «задач по выявлению и пресечению прочих сомнительных операций: незаконного обналичивания, легализации преступных доходов, вывода активов — хватало и без того», говорит источник на финансовом рынке.

Партнер Коллегии адвокатов «Делькредере» Максим Степанчук утверждает, что, несмотря на то, что вопрос интересный и сложный, простого решения он не имеет. По мнению эксперта, представителям юридического сообщества вместе с банкирами и регулятором необходимо выработать четкие критерии сомнительных операций. «С одной стороны, это позволит снизить для банков риск неумышленного невыполнения правил регулятора — из-за туманных и расплывчатых формулировок, — говорит адвокат. — С другой стороны, — обеспечит интересы добросовестных плательщиков и получателей средств».

Кроме того, с учетом положений ФЗ «О национальной платежной системе» особое внимание следует обратить на финансовые операции с электронными кошельками, операторами которых являются лица, не имеющие необходимых лицензий. Они либо должны уйти с рынка, либо передать управление кошельками кредитным организациям, считает Степанчук.

С ним солидарен и доктор юридических наук, заслуженный юрист России Иван Соловьев: «Выработанные критерии должны без задержки быть доведены до клиентов и разъяснены им. И именно здесь видится большой резерв именно для правовой помощи, объяснения границ дозволенного и недозволенного поведения». Соловьев уверен — банкам будут предъявляться все новые и новые требования по обеспечению соблюдения антиотмывочного и антитеррористического законодательства, и в этом нет ничего удивительного — госструктуры в лице финансовых разведок и специальных службы «наконец-то стали догонять, а в некоторых случаях стараться опережать международные теневые структуры».

«Если этого не делать и „бить по хвостам“, то можно оказаться беспомощными перед глобальными вызовами и угрозами, в числе которых находится и финансирование террористической и экстремистской деятельности», — заключает эксперт.

«Атака со стороны регуляторов всех стран на анонимные платежи идет уже давно, и сфера их применения уже весьма ограничена. Принципиально, сейчас есть только два возможных решения FATF: первое — жестко регламентировать анонимные платежи, фактически, запретив их дальнейшее существование как анонимных, — добавляет замдиректора департамента международного налогового планирования по юридической работе юрфирмы „Клифф“ Наталья Кордюкова. — Или, напротив, принять рекомендации исключительного общего характера, оставив на усмотрение банков конкретные требования к системе контроля за такими операциями, что, скорее всего, сведется к „косметическим“ изменениям в системе контроля банка за самим платежным агрегатором, а не непосредственно за платежами». Какие-то промежуточные варианты придумать по данному вопросу крайне сложно, говорит юрист: характер анонимных платежей не подразумевает половинчатых мер контроля — они или жестко ограничены и подконтрольны, или допускаются, но контролируются весьма условно.

«Сейчас сложно загадывать, но, судя по всему, более вероятен, к сожалению, второй вариант. А это, в свою очередь, будет означать принципиально иное выстраивание отношений между агрегаторами и платежными платформами, их клиентами и банками, — подводит итог Кордюкова. — Притом настолько иное, что может повлечь за собой коренные изменения на целом сегменте рынка финансовых услуг — схемы работы, архитектуру договорных отношений и систему KYC нужно будет просто настраивать заново».